Коллективный поиск решений во второй половине 80-х годов (часть 2)
— по проблеме палестинского представительства: в связи с недоверием США и Израиля к вопросу о поддержке ООП палестинским народом в качестве его законного представителя ООП предлагала провести на Западном берегу р.Иордан и в секторе Газа референдум под международным наблюдением. При этом ООП соглашалась уступить место любому альтернативному руководству;
— по вопросу о резолюциях 242 и 338 СБ ООН: ООП поясняла, что принимает эти документы ООН, но в контексте всех резолюций ООН, в которых признается право палестинского народа на самоопределение;
— о палестинской государственности: в связи с опасениями Тель-Авива и Вашингтона, что по соседству с Израилем может возникнуть радикальное государство с тоталитарным режимом, угрожающее соседям, ООП высказала готовность обсудить вопрос об ограниченном переходном периоде, во время которого можно было бы осуществить переход к демократической государственности под международным мандатом.
Это было началом нового дипломатического наступления ООП, нацеленного не только на США и Израиль, но и адресованное арабским государствам.
После этого — 31 июля 1988 г. — иорданский король Хусейн сделал заявление о признании права палестинцев создать собственное государство: "Мы уважаем желание ООП, — сообщил иорданский монарх, — отделиться от нас в независимое палестинское государство. Вместе с тем, Иордания остается верна принципам общности арабских интересов и совместных действий". Он подчеркнул при этом, что приоритетной целью Аммана является освобождение арабских земель и священных мест от израильской оккупации. Король Хусейн объявил о разрыве символических административных связей с Западным берегом р.Иордан, распустил нижнюю палату парламента, в которую входили представители территорий, поскольку это противоречило общеарабским подходам к проблеме территорий и мешало борьбе палестинцев против израильской оккупации. Король Хусейн подтвердил свою приверженность международной конференции по Ближнему Востоку, достижению всеобъемлющего урегулирования арабо-израильского конфликта и решения палестинского вопроса во всех его аспектах.
После этого заявления потеряла смысл инициатива Дж. Шульца, в основе которой предлагалось использование иорданского варианта в ближневосточном урегулировании (в частности, переговоры с объединенной иордано-палестинской делегацией).
Вслед за этим неожиданным демаршем Аммана последовал кратковременный период охлаждения иор дано-палестинских отношений, что подтверждало сохранение амбиций иорданского руководства в отношении Западного берега. Однако меры, предпринятые египетским президентом X.Мубараком, при посредничестве которого в октябре 1988 г. в Акабе была организована встреча между королем Хусейном и председателем ООП Я.Арафатом, содействовали урегулированию иордано-ооповских разногласий и восстановлению объединенного арабского фронта в конфликте с Израилем. Этому способствовало также заявление ООП о возможности создания в будущем иордано-палестинской конфедерации. Таким образом руководство ООП подготавливало обеспечение арабской поддержки перед решительным дипломатическим наступлением.
На состоявшейся в Алжире 15 ноября 1988 г. XIX сессии НСП были приняты два исторических для палестинского народа решения: 1) Декларация о независимости государства Палестины и 2) признание резолюции 242 и 338 СБ ООН в качестве основы для переговоров на международной конференции по ближневосточному урегулированию.
Декларация независимости подкрепляла интифаду, поднимая уровень палестинского восстания с тактического на стратегический: провозглашение независимости государства Палестина на Восточном берегу и в секторе Газа знаменовало решимость палестинского народа не только избавиться от иностранной оккупации, но и играть самостоятельную роль в региональных международных отношениях.
Второе решение увязывалось с необходимостью внесения в резолюции 242 и 338 СБ ООН поправок, предусматривавших обеспечение прав палестинского народа вплоть до самоопределения. При этом НСП обосновывал законность требования создания палестинского государства ссылкой на резолюцию 181 ООН, предусматривавшую в 1947 г. создание двух государств — еврейского и арабского — на территории подмандатной Палестины. Таким образом, Национальный Совет Палестины занял реалистическую позицию решения палестинской проблемы, исходя из возможности сосуществования будущего палестинского арабского государства с Израилем. Теперь казалось, что последние препятствия на пути диалога ООП с США, с которым связывались надежды на устранение
американских возражений против участия ООП в международной конференции по Ближнему Востоку, устранены, и палестинское руководство начало активно добиваться установления контактов с администрацией США. В ноябре-декабре 1988 г. в Стокгольме состоялись две встречи представителей ООП с видными деятелями еврейской общины США, на которых обсуждались возможности американо-палестинского диалога. Во время второй встречи, на которой присутствовал председатель ООП Я.Арафат, последнему было вручено послание государственного секретаря США Дж.Шульца, поступившее в МИД Швеции. В нем содержалось приглашение к диалогу с США при условии выступления Я.Арафата на предстоявшей сессии ГА ООН с заявлением, удовлетворявшим требования США по вопросу о признании Израиля, о согласии с резолюциями 242 и 338 СБ ООН и об отказе ООП от терроризма. Палестинская делегация согласилась с предложением главы внешнеполитического ведомства США, но настаивала на поправках. Они касались того, что: 1) заявление должно исходить от Исполкома ООП, выступавшего в качестве временного правительства палестинского государства; 2) переговоры с Израилем должны осуществляться в рамках международной конференции (ООП возражала тогда против двусторонних переговоров).
13 декабря 1988 г. председатель ООП Я.Арафат выступил на сессии ГА ООН в Женеве, где изложил новые подходы ООП к урегулированию арабо-израильского конфликта и решению палестинской проблемы. Это выступление, подкрепленное разъяснениями, данными Я.Арафатом на следующий день на пресс-конференции, положило начало американо-палестинскому диалогу, начавшемуся вскоре после этого в Тунисе (декабрь 1988 г.).
В ходе первого тура переговоров между послом США в Тунисе и делегацией ООП проявились разногласия сторон в подходах к ближневосточному урегулированию. США по-прежнему настаивали на прямых раздельных переговорах между арабскими и израильскими делегациями. Арабы опасались, что в этом случае Израиль сможет оказать на них давление как региональный центр силы. Это особенно касалось ООП, которая рассматривала прямые переговоры вместо "круглого стола" международной конференции как способ раскола арабского сообщества и сведения переговоров к проблеме границ взамен решения вопроса о независимом палестинском государстве. Вызывало споры сторон определение терроризма: ООП считала, что интифаду нельзя квалифицировать как терроризм. Проблематичным для ООП был вопрос признания независимого палестинского государства: США и Запад отказывались признавать его. Для укрепления своих позиций ООП рассчитывала привлечь на свою сторону арабские государства и ЕЭС, чтобы те поддержали идею созыва международной конференции.
Почувствовав потерю инициативы в связи с новым курсом ООП и начавшимся диалогом США с ООП, израильское правительство поспешило выдвинуть собственные предложения по ближневосточному урегулированию. В документе, получившем наименование "плана Шамира", использовалась кэмп-дэвидская модель проведения выборов на оккупированных территориях с предоставлением палестинцам внутреннего самоуправления. План предусматривал следующие мероприятия: 1) выборы десяти палестинских представителей для израильско-палестинских переговоров относительно трехлетнего промежуточного периода самоуправления; 2) переговоры с Египтом, Иорданией и палестинцами об окончательном статусе Западного берега и Газы.
Несмотря на изменение позиции ООП и шаги навстречу израильским условиям урегулирования, И.Шамир исключал возможность участия ООП в мирных переговорах. Израильский план обходил вопрос голосования палестинцев, проживавших в Восточном Иерусалиме. В нем отсутствовало определение принципа окончательного урегулирования и установления мира в обмен на возврат территорий. По соображениям безопасности И.Шамир высказывался против создания палестинского государства, опасаясь, что оно может стать плацдармом, используемым террористами против Израиля. В то же время он говорил о приверженности Израиля принципам резолюций 242 и 338 СБ ООН.
Итак, И.Шамир, выступавший ранее против кэмп-дэвидской формулы урегулирования, вернулся к идее своего предшественника М.Бегина, выдвинув предложение о выборах на оккупированных территориях и о предоставлении палестинцам ограниченной автономии. Это примерно соответствовало декларациям новой администрации Дж.Буша, хотя и не проясняло вопроса, что последует на территориях за переходным периодом? Журнал "Мидл ист", подметив этот момент, указывал на двойственность позиции израильского премьер-министра: "В Вашингтоне он говорит о приверженности мирным переговорам и готовности рассматривать любые предложения, ведущие к урегулированию. Дома он заявляет, что не уступит ни пяди оккупированных территорий и будет проводить жесткую линию в отношении интифады".
И.Шамир поддерживал особую роль Египта в продвижении мирного процесса по урегулированию арабо-израильского конфликта. Однако X.Мубарак отказался от предлагавшейся встречи с израильским лидером для обсуждения условий переговоров, пока Израиль не согласится с участием в них ООП. В то же время египетский президент одобрил идею выборов на территориях, но под международным контролем. Возможно, такая его позиция была обусловлена теми полномочиями, которые он получил перед поездкой в Вашингтон в результате встречи с лидерами ряда арабских государств и ООП.
План, выдвинутый президентом Мубараком по всеобъемлющему ближневосточному урегулированию, предусматривал прямые переговоры между конфликтующими сторонами под эгидой ООН. Ближневосточная конференция должна была начаться в рамках ООН и затем перейти в прямые переговоры. Свое участие в урегулировании территориального конфликта с Израилем в отношении Западного берега и Газы Каир обуславливал бывшей административной ответственностью за сектор Газа, а Иордания — за Западный берег.
По мере того как летом 1989 г. египетские лидеры пытались сдвинуть с мертвой точки ближневосточное урегулирование, появилось несколько версий египетского плана по ближневосточному урегулированию. В частности, по одной из этих версий предусматривалась гарантия свободных выборов палестинских делегатов, которые могли бы вести переговоры о самоопределении на основе принципа "территория в обмен за мир". В египетских предложениях исчезли упоминания ООП и палестинской государственности, которая была заменена иордано-палестинской конфедерацией, и самой международной конференции. Президент Мубарак выдвинул предложение о встрече между израильскими и палестинскими представителями для обсуждения процедуры выборов на территориях. Однако реализация плана Мубарака затормозилась из-за споров при сформировании делегации для переговоров с Израилем. Израиль настаивал на отборе лиц, не связанных с ООП. Египет предлагал создать иордано-палестинскую делегацию, включив в нее представителей территорий и палестинской диаспоры.
Итак, возвращение Египта в Лигу арабских стран 24 мая 1989 г. на сессии ЛАГ в Касабланке сопровождалось дипломатической активностью Каира, направленной на решение арабо-израильского конфликта политическими методами. Позитивная роль Египта приветствовалась странами-членами ССАГПЗ и США. Вашингтон сменил ставки в деле ближневосточного урегулирования с Аммана на Каир. Это не устраивало Багдад и ущемляло интересы Аммана, который в целях изменения баланса сил предпринял шаги к сближению с иракским руководством. Лидеры, арабских радикальных сил — Сирии и Ливии заняли сравнительно умеренную позицию.
Весной 1989 г. в Лондоне и Каире состоялись встречи между палестинскими лидерами территорий и представителями руководства ООП относительно условий проведения выборов на территориях. На этих встречах было принято решение отказаться от проведения выборов в условиях оккупации. Однако был предложен и запасной вариант действий, который предусматривал проведение вслед за выборами переговоров ООП с Израилем.
Палестинцы требовали проведения выборов под международным контролем, гарантий неприкосновенности выбранных делегатов, участия в голосовании палестинцев, проживающих в Восточном Иерусалиме, находящихся под арестом и депортированных. Ввиду того, что Израиль отказывался иметь дело с ООП, существовал также вариант мирных переговоров с израильской стороной представителей Западного-берега и Газы — членов НСП.
Несколько позднее, в феврале 1990 г., руководство ООП дало согласие на диалог между представителями территорий и диаспоры с правительством Израиля при условии, что он явится "частью, мирного процесса, имеющего целью всеобъемлющее и окончательное урегулирование".
Как видим, ООП согласилась на прямые переговоры с Израилем, но продолжала настаивать на том, чтобы делегаты были избраны от всех палестинцев, включая жителей Восточного Иерусалима и диаспору.
Таким образом, руководство ООП поддержало выдвинутую Дж.Бейкером идею об израильско-палестинском диалоге и о выборах на территориях с учетом плана Мубарака. Предполагалось, что ООП не будет представлена в предвыборном диалоге.
Весной 1989 г. новая администрация Буша выработала свою ближневосточную политику, которая предусматривала продвижение к миру на Ближнем Востоке между конфликтующими сторонами "шаг за шагом". 22 мая 1989 г. государственный секретарь США Дж.Бейкер выступил на ежегодном собрании Комитета американо-израильской политической акции (АИПАК) с изложением позиций американского правительства по урегулированию арабо-израильского конфликта. Он заявил, что патовая ситуация должна уступить место политическому процессу и конфликтующие стороны должны предпринять конкретные шаги к примирению. Арабам он предложил покончить с политическим и экономическим бойкотом Израиля и отказаться от политики конфронтации.
Обращаясь к израильским лидерам, он предложил покончить с нереалистическими представлениями о "Великом Израиле", осудить аннексию, прекратить создание израильских поселений на оккупированных арабских землях, обратиться к палестинцам как к соседям, заслуживающим политических прав. Руководитель внешнеполитического ведомства США подтвердил приверженность новой администрации всеобъемлющему урегулированию арабо-израильского конфликта путем переговоров на основе принципов, предусматривающих достижение мира и безопасности в обмен на землю, содержащихся в резолюциях 242 и 338 СБ ООН.
Администрация Буша сосредоточила внимание в своей ближневосточной дипломатии по урегулированию арабо-израильского конфликта на проведении выборов на территориях, поднятии статуса палестинских лидеров территорий (при одновременном снижении статуса ООП). В конце 1989 г. ее усилия увенчались выдвижением плана урегулирования Дж.Байкера. В качестве первого шага он предусматривал проведение в Каире встречи министров иностранных дел Египта, Израиля и США с целью согласования условий организации израильско-палестинского диалога по вопросу о проведении выборов на Западном берегу и в Газе, а также решения проблемы, кто будет представлять палестинцев на мирных переговорах и как перейти к более широкому процессу урегулирования конфликта. В то время как Египет настаивал на расширении повестки дня, Израиль предлагал ограничиться обсуждением процедуры выборов.
Государственный департамент США настойчиво добивался от Египта и Израиля согласования деталей израильско-палестинского диалога и перехода к более широким переговорам о мире. Однако этому мешало воздействие ряда негативных факторов, среди которых следует выделить разразившийся в израильском кнессете затяжной политический кризис (апрель-июнь 1990 г.)„ Последний был вызван борьбой между противниками и сторонниками диалога с палестинцами. Верх одержали "твердолобые" члены блока "Ликуд", которым удалось создать в июне 1990 г. новую коалицию с правоклерикальными партиями, выдвигавшую на первый план не мирные переговоры, а "абсорбцию советских евреев и защиту поселенцев на территориях". В Израиле появились заявления о необходимости размещения до четверти общего количества ожидавшихся из СССР иммигрантов на оккупированных территориях, что угрожало палестинцам вытеснением в Иорданию и общим обострением арабо-израильских отношений.
Ни того, ни другого не произошло. В 90-х годах евреев из бывшего СССР приехало столько, что каждый пятый гражданин Израиля стал говорить по-русски, но они не вытеснили палестинских арабов ни в Иорданию, ни в другие места. Более того, при содействии Египта начались длительные арабо-израильские переговоры, закончившиеся подписанием в 1993-1994 гг. известных документов о палестинской автономии и об уходе израильских войск с ряда арабских территорий.
Здесь уже не люди в касках, а дипломаты "воевали за мир" на Ближнем Востоке... За мир, который к началу XXI века так и не был установлен, но который позволил Египту и Израилю стать ключевыми странами региона...
