Исследуя замечательные литературные произведения Египта, а также тексты иного содержания, мы то и дело встречаемся с очень серьезными трудностями в понимании отдельных мест, трудностями, свидетельствующими о несовершенстве наших познаний в египетском языке. Несмотря на это, научный уровень египетской филологии достаточно высок, чтобы дать возможность не только разобраться во многих сложных проблемах, связанных с изучением языка, но и составить адекватное представление о его особенностях, из которых, пожалуй, главная — архаизм.

Заканчивая рассмотрение пяти последовательных стадий развития египетского языка, следует еще раз подчеркнуть, что древний этап (староегипетский язык, включая Тексты Пирамид, среднеегипетский) и новый (новоегипетский, демотический коптский языки) качественно различны: в первом преобладают элементы синтеза, во втором — анализа.
«Значение этих терминов сводится к тому, что при синтетической тенденции грамматики грамматическое значение синтезируется, соединяется с лексическими значениями в пределах слова, что при единстве слова является прочным показателем целого; при аналитической же тенденции грамматические значения отделяются от выражения лексических значений; лексические значения сосредоточены в самом слове, а грамматические выражаются либо сопровождающими знаменательное слово служебными словами, либо порядком самих знаменательных слов, либо интонацией, сопровождающей предложение, а не данное слово».

Около 2200 г. до н. э. на смену староегипетскому языку приходит среднеегипетский, который сохраняется как господствующий письменный язык приблизительно до 1350 - 1300 гг. до н. э. Затем он уступает место новоегипетскому языку. Но, как уже отмечалось, до конца существования древнеегипетской культуры среднеегипетский классический язык остается языком религии и культа, т. е. играет примерно ту же роль, что и язык Текстов Пирамид в Древнем царстве. На среднеегипетском языке составлены даже большие иероглифические тексты греко-римского времени.

Староегипетский язык — язык времени правления первых восьми династий, которое продолжалось, согласно хронологии Шарфа — Мортгаат, приблизительно с 2850 по 2190 г. до н. э.;
по мнению других египтологов, этот период длился целое тысячелетие: с 3200 по 2200 г. до н. э. . Однако в данном вопросе точность хронологии особой роли не играет.
Тексты первых двух династий очень коротки и в основном содержат имена и титулы. Их архаическое письмо трудночитаемо. Для истории языка такие тексты не имеют большого значения. Первый крупный текст эпохи Древнего царства — автобиографическая надпись вельможи Мечен, датируемая началом IV династии. В дальнейшем количество надписей и их размеры увеличиваются; тексты V и VI династий многочисленны и весьма важны для изучения истории языка. Отдельные очень интересные тексты этого времени сохранились лишь в поздних копиях, например так называемый Мемфисский богословский трактат дошел до нас в копии XXV династии.

Нет сомнения, что разговорный язык распадался на диалекты и существовал лишь в их форме. Однако вопрос об египетских диалектах не разработан. Попытки обнаружить диалектальные различия до сих пор терпели неудачу. Выводы К. Пиля, написавшего специальное исследование о следах диалектов в Большом папирусе Харрис5 , оказались неверными. Как доказал А. Эрман, различия, имеющиеся в этом тексте, палеографического, а не диалектального характера.

История египетского языка тесно связана с историей страны и ее культуры. Ж. Вандриес правильно отметил, что возникновение, развитие и упадок общих языков управляются историческими причинами, лежащими вне языка.
Египет на протяжении всей своей истории, несмотря на временное ослабление политических и социальных связей, неоднократно приводивших страну к децентрализации и упадку, выступал как единая рабовладельческая централизованная монархия. Это и явилось решающим социально-экономическим и политическим фактором, способствующим существованию общего языка.
Как уже отмечалось, за три с половиной тысячелетия египетский язык прошел несколько стадий развития.

В заключение нужно подвести некоторые итоги и установить, какими грамматическими способами пользовался египетский язык.
1. Сложение (использовалось в словообразовании). При сложении одна корневая мор
фема соединяется с другой полной или усеченной корневой морфемой, в результате чего образуется новое сложное слово. Этот результат не всегда механический, т.е. дающий сумму значений слагаемых элементов. Он может быть и фузионным; в таком случае значение нового сложного слова не равно сумме значений слагаемых элементов, например: st “место” + Drt “рука” = st
drt “ловкость” в выражении rx st Drt “знающий место руки”, т.е. “ловкий”.

В начале XVIII династии царскую гробницу стали сооружать отдельно от культовой молельни, ранее составлявшей часть гробницы. Аменхотеп I первым поставил свой поминальный храм ближе к Нилу, перед грядой скал, на расстоянии 1 км от места, где за горным кряжем находилась его скальная усыпальница. При царях XVIII-XX династий эти культовые молельни стали делать более крупными.
В фиванском некрополе (Западные Фивы) своим великолепием выделялись заупокойные храмы Сети I (самый северный), Хатшепсут (в Дер эль-Бахри), Аменхотепа III (за колоссами Мемнона), Рамессеум (святилище Рамсеса II) и Рамсеса III (у современного поселения Мединет Абу, напротив Луксора).

Так как в египетском языке союзов почти не было, то сочинительная связь между простыми предложениями осуществлялась путем прямого примыкания одного предложения к другому. При сочинительной связи предложения равноправны, хотя и могут быть связаны каким-то общим смыслом, например: sxpr.n.i xt ir.n.i sb n sDt n nTrw “произвел я огонь (и) сделал я жертву всесожжения богам”.
Значительно труднее вопрос о таких сложных предложениях, которые состоят из главного предложения и одного или нескольких придаточных, образующих с ним единое смысловое целое.В тех случаях, когда придаточные предложения вводятся определенными словами, их легко отличить от главного.

С полным основанием морфология и синтаксис обычно трактуется как два больших самостоятельных отдела грамматики. Однако в ряде языков провести между ними четкое различие невозможно.
В египетском языке морфология и синтаксис тесно переплетаются между собой. Это необходимо иметь в виду при изучении египетского синтаксиса.
Египетское предложение включает: 1) подлежащее, 2) сказуемое, 3) определение, 4) прямое дополнение (объект), 5) косвенное дополнение, 6) обстоятельство.

В египетском языке неопределенное наклонение — это отглагольное существительное, обозначающее действие или состояние. Неопределенная форма имеет грамматический род, о чем уже говорилось при классификации глаголов.
Выступая как существительное, неопределенное наклонение может быть подлежащим в предложении, например: nfr wrt mAA r xt nbt “гораздо лучше видеть (это), чем что-либо”; здесь неопределенная форма mAA “видеть” (букв, “видение”) является подлежащим. Эта форма бывает также и прямым дополнением некоторых глаголов: Ab “прекращать”; Abi “желать”; wHm “повторять”, wD “приказывать”, mAA “видеть”, mri “любить”, rx “знать”, snD “бояться”, sxA “помнить”, SA “приказывать”, SAa “начинать”, Ш “замышлять”, rdi “давать”, dD “говорить” и др., например: wD Hm.f saHa wDpn “приказало его величество установить плиту эту”. В данном примере неопределенное наклонение глагола saHa “установить” имеет двойную природу: по отношению к глаголу wD “приказывать” оно играет роль существительного (прямого дополнения).

Далеко на юге Египта, в 740 км от Каира был расположен древний город Фивы. Египтяне называли его «Уасет» или просто «Город» (Нут). Первые упоминания о нем известны с конца III тысячелетия, но особенное развитие город получил в период Нового царства, после изгнания из Египта гиксосов, когда на несколько веков Фивы стали великолепной столицей Египта.
Город раскинулся по обоим берегам Нила. На правом (восточном) берегу находится Карнак с группой храмов. В его центре стоит храм Амона, к северу от него расположен храм бога Монта, а к югу — святилище богини Мут, которая, согласно египетской мифологии, была супругой бога Амона. Южный квартал Фив — это Луксор, где расположен храм Аменхотепа III, также посвященный Амону.

Повелительное наклонение встречается в утвердительной и отрицательной (ветативной) формах 2-го лица единственного и множественного числа. Утвердительная форма передает приказание или побуждение к действию, отрицательная — запрет. В единственном числе повелительная форма совпадает с корнем, например: sDm “слушай”; во множественном числе она имеет окончание w, которое в письме бывает либо опущено, либо заменено детерминативом множественного числа — тремя штрихами. Интересно отметить, что в новоегипетском языке повелительное наклонение, как правило, начинается протетическим i, например: iaS “читай”, iwn “открой” и т.д.

Старый перфект, или, по немецкой терминологии, псевдопартицип, является одной из форм спряжения египетского глагола. В старом перфекте глагол изменяется по родам, лицам и числам. Эти изменения выражаются особыми суффиксами, отличающимися от местоименных суффиксов рассмотренных выше форм суффиксального спряжения. Приводим полную парадигму спряжения старого перфекта в среднеегипетском и новоегипетском языках. Двойственного числа у старого перфекта в новоегипетском языке нет.

Ознакомление с причастиями дает возможность обратиться к вопросу о происхождении форм суффиксального спряжения.
А. Эрман высказал предположение, что активное причастие плюс подлежащее (существительное или местоименный суффикс) — это конструкция, ставшая впоследствии функционировать как глагольная форма sDm.f . Такого же взгляда вначале придерживался и Г. Лефевр. Однако К. Зете еще в 1910 г. выдвинул теорию, по которой основой .формы sDm.f является причастие страдательного залога; обстоятельная аргументация была приведена им несколько, позже . Затем к К. Зете присоединились А. де Бук и А. Гардинер (который обосновал точку зрения на пять форм суффиксального спряжения — sDm.f, sdm.n.f , sDm.in.f , sDm.xr.f и sDm.kA.f), а также сам А. Эрман, Г.